Четверг, 29 декабря 2011 08:49

Из истории русской белой эмиграции в Венгрии Избранное

Автор
Оцените материал
(1 Голосовать)

Первая волна. Год 1921-й

Русская белая эмиграция в Венгрии в зеркале венгерской прессы 20-х годов

Судя по материалам венгерской прессы 1920-х годов, которые открываются перед исследователями в венгерских архивах, первая волна русской белой эмиграции докатилась до Венгрии уже в ноябре-декабре 1920-го. Последние части Врангеля, как известно, покинули Крым в октябре 1920-го. После этого основная часть Добровольческой армии ушла в Константинополь и на острова Архипелага, чтобы позднее перебраться во Францию, Сербию, Болгарию, Чехию. Но немалая часть белого офицерства, надо полагать, через союзную Румынию стала просачиваться в Венгрию, где к тому времени уже победила местная Белая гвардия адмирала Хорти, весьма лояльно относившаяся к русским белогвардейцам.

Во времена Венгерской советской республики, павшей в 1919-м, появление остатков русской Белой гвардии на территории Венгрии было весьма и весьма маловероятно. Во всяком случае, в венгерской прессе первые сообщения о русских эмигрантах появляются в конце 1920-го на изломе 1921-го. В номере от 28 ноября 1920 г. газета «Пешти напло» («Пештский дневник») впервые со ссылкой на неназванного хорватского политика сообщает венгерской читающей публике о планах разместить части армии Врангеля на территории Югославии (1).

Что любопытно, хорватский политик, рассказывая венгерской газете о предстоящем размещении русских частей в Сербии, усматривает в планах сербских властей… реализацию панславистских идей графа Бобринского и лидера кадетов П.Милюкова.

- Еще опаснее создания новой Антанты в составе Италии, Югославии и Румынии, - цитирует хорватского политика «Пешти напло», - появление Армии Врангеля. По моей информации, 20000 солдат и офицеров Врангеля прибывает в Белград. Потом они будут отправлены в Хорватию и Бачку (область на границе Югославии и Венгрии). С какой целью? Цель становится ясна из того, что размещением русских частей в Югославии занимается граф Бобринский, «известный панславянский диктатор»…(2)

На самом деле, русские части власти Сербии позднее использовали для охраны границ нового независимого государства - Королевства Сербов, Хорватов и Словенцев, образовавшегося на развалинах Австро-Венгерской империи. Позднее похожие планы в отношении врангелевских частей будут и у властей Венгрии, которая начнет принимать офицеров и казаков Белой гвардии буквально через месяц после этой публикации.

Врангелевцы в «Ритце»

Уже в номере за 1 января 1921 г. все та же «Пешти напло» пишет о приезде в Будапешт первых офицеров Врангеля. Среди них - два генерала: Владимир Марушевский и Петр Глазенап, которые позднее станут связными и переговорщиками между последним верховным главкомом Белой армии и руководством Венгрии. (3)

Здесь стоит отметить, что оба генерала занимали самое высокое положение в иерархии Белого движения. Генерал-лейтенант Владимир Марушевский еще совсем недавно был заместителем командующего Северного фронта генерала Миллера, а на самом деле фактически руководил армией.

Забегая вперед, скажем, что в Будапеште В.Марушевский задержится ненадолго, уже через год переедет в Югославию и умрет в Загребе в 1952-м.

Его боевой товарищ - генерал-лейтенант Петр Глазенап, также, как и Марушевский, прошедший многие сражения Первой Мировой, в 1919-м совместным решением Деникина и Колчака был послан на усиление командования Северо-Западной армии генерала Юденича. С ноября 1919-го стал командующим армией вместо Юденича. В эмиграции с 1920 года, после разгрома своей армии, сначала в Риге, потом в Лондоне и Будапеште. По некоторым данным, в 1921-м пытался создать в Венгрии «Полицейскую армию» из бывших солдат и офицеров Австро-Венгерской армии для борьбы с советским режимом.

Вербовочная контора в «Полицейскую армию» Глазенапа в Будапеште находилась на проспекте Фехервари и, по некоторым данным, под знамена армии за несколько месяцев записалось порядка 1500 добровольцев из числа жителей Венгрии, Польши и Чехословакии. На какие деньги шел набор?

По некоторым данным, уезжая за границу, Глазенап вывез часть штабной кассы Северо-Западной армии с суммой в 25000 фунтов. Немалые по тем временам деньги.

Однако, судя по всему, «армия» Глазенапа просуществовала в Венгрии лишь на бумаге, а потом и вообще бесследно растворилась. Не задержался здесь и ее командующий. В 1922-м он переедет в Варшаву, там будет пытаться сотрудничать с Борисом Савинковым по созданию антибольшевистского фронта. Затем уедет в Германию, где и умрет в Мюнхене в 1951-м.

Но все это будет позже, намного позже. Сейчас же, в начале 1921-го, все они в Будапеште. Первые русские эмигранты из русской колонии поселились в гостинице «Ритц» на набережной Дуная, впоследствии переименованной в отель «Дуна-Палота» (гостиница была разрушена во время Второй мировой войны и до наших дней не сохранилась).

В свите двух генералов Врангеля – капитан-адъютант Лерш, князь Леон Урусофф, дочь министра двора барона Фридерикса, с которой генерал Глазенап жил гражданским браком.

На днях, как сообщает газета, у генерала Марушевского и его жены-красавицы родился сын, и это обстоятельство стало радостным событием не только для семьи генерала, но и для всей пока немногочисленной русской колонии. По этому поводу была выпита не одна бутылка шампанского, а местные цыгане-музыканты вместо грустных русских мелодий играли живее обычного.

В целом же, жизнь небольшой русской колонии «Ритца» отличается скромностью. По словам автора статьи в «Пешти напло», есть что-то очень грустное в том, как члены колонии с замиранием сердца ждут новостей с родины, как ждут того дня, когда смогут туда вернуться.

Полковник Степанов и другие

Среди тех русских эмигрантов, кого злые ветры гражданской войны занесли в Венгрию, были не только офицеры Белой гвардии. Было немало и гражданских лиц. В номере от 15 марта 1921-го та же газета «Пешти Напло» сообщает, что русская колония в Будапеште постепенно растет. Кроме генералов и офицеров в ней появились представители гражданских профессий. (4)

Среди них – В.Горелов, редактор и владелец газеты «Биржевые ведомости», журналов «Русская воля» и «Мир». Его памфлет «Черт у власти», как замечает венгерский автор, считается самой сильной критикой большевизма. Здесь же – поэт Петр Федоров, сотрудник газеты «Новое время» - Соболев. Вместе с ними – капитан царской гвардии Георгий Железов. На днях к ним присоединился полковник Степанов, отрекомендованный газетой, как «начальник штаба белой армии в Восточной Сибири».

По рассказу полковника Степанова, который передает «Пешти напло» своим читателям, в Восточной Сибири в это время действует достаточно сильная группировка Белой гвардии в составе 50000 бойцов. Командует армией легендарный генерал Семенов, который уже не раз показывал себя с лучшей стороны в боях с большевиками. Армия Семенова хорошо вооружена и, по словам полковника Семенова, очень популярна в Восточной Сибири, поскольку защищает частную собственность и отстаивает идеи прогресса и просвещенного либерализма. (5)

Что особенно любопытно, в интервью «Пешти напло» полковник Степанов утверждает, что в армии Семенова есть и венгры из числа военнопленных австро-венгерской армии. Среди тех венгров, кто попал в Красную Армию, очень мало убежденных большевиков. Скорее всего, они попали туда от безысходности или бежали от террора чехов.

Комитет защиты

Тем временем, количество русских эмигрантов в Венгрии неуклонно растет. К марту 1921 г. в Будапеште, по данным той же «Пешти напло» уже собралось более 100 человек-беженцев из России, в том числе и люди знатные. В обществе генералов Марушевского и Глазенапа, князя Урусова и баронессы Фредерикс замечены новые лица. Это барон Вольф, баронесса Дюльхаузен, промышленник Прохоров, дипломаты Мейер и Капиткин. (6)
Возникает вопрос о представительстве интересов эмигрантского сообщества и создании организации для этой цели.

До марта 1921 г., проживавшие в Будапеште русские белоэмигранты, по данным венгерской газеты, состояли под протекторатом испанского посольства. В середине марта было решено отказаться от услуг испанцев и создать свой комитет защиты прав русских. В конце концов, такой комитет был создан. Его возглавил Владимир Владимирович Маламе, бывший Екатеринославский уездный предводитель дворянства и бывший маршал царского двора, а членами исполкома комитета были избраны посланец Антибольшевистской Лиги - д-р Лутошин Н.С и д-р Харитон, член русской секции международного Красного Креста.

Разместился Русский комитет в гостинице «Берлин», что тогда находилась на улице Реваи. (7)

Судя по всему, будапештская русская белогвардейская организация была сразу же признана Совещанием послов – «временным русским правительством в эмиграции» под руководством бывшего посла России в Париже Гирса. В том же номере газета сообщает, что в ближайшее время к русским эмигрантам Будапеште должен присоединиться князь Голицин, приезжающий из Белграда.

Внук литовского короля

Среди тех русских эмигрантов, кого суровая судьба в 1921 г. забросила в Будапешт, был и внук последнего литовского короля из династии Гедиминовичей, отпрыск знатной княжеской фамилии Трубецких - Дмитрий Трубецкой. Довольно пространное интервью с ним «Пешти напло» поместила на своих страницах 15 июня 1921 года. (8)

Надо сказать, что за 600 лет своего существования род Трубецких стал одной из самых знатных фамилий в России. Помимо прочего, он дал миру короля Богемского, четырех великих князей, семерых удельных князей, одного «державца» города Трубчевска, восьмерых полководцев, двенадцать бояр, семерых царских наместников, трех фельдмаршалов, десять полных генералов, двух адмиралов, десять сенаторов, шесть министров, семь членов Государственного совета, одного основателя Академии, двух известных философов (один из них - ректор университета), одного академика-лингвиста - основателя науки фонологии, одного скульптора с мировой известностью, а также двадцать пять монахов и монахинь.

Теперь большевистский переворот прибавил к этому солидному списку несколько рекламных и торговых агентов, среди которых был князь Дмитрий Трубецкой. Судя по его словам, он приехал в Будапешт из Белграда в качестве рекламного агента от Альманаха Сербского королевства. Многочисленные попытки набрать в созданный им и его компаньоном сербский альманах рекламу венгерских фирм, по его словам, не увенчались особым успехом, что не удивительно. Зато попутно князь поведал венгерскому журналисту свою печальную судьбу.

Во время войны он был прикомандирован к военному госпиталю, который на свои деньги основала императрица Александра Федоровна. В последний раз он разговаривал с императрицей в ноябре 1917-го. Она говорила о своих благотворительных планах и как будто не замечала, что все вокруг уже летит в пропасть.

- Когда я увидел, к чему идет дело в России, - рассказывает Дмитрий, - решил основать журнал «Факел» для пропаганды мира и либеральных реформ. Но, увы, уже было поздно.
Большевистский переворот застал князя в Одессе, откуда пришлось эвакуироваться столь поспешно, что не удалось захватить даже самые необходимые вещи.

- Вместе со мной удалось спастись брату – князю Вальдемару, адмиралу Черноморского флота. Попали в Константинополь.

Сначала жили на кухне для бедных, потом нашлась работа агентом по продаже угля. Двоюродный брат Николай Трубецкой, который служил в казачьем полку императрицы Александры, одно время работал швейцаром в отеле, потом и он стал агентом по продажам.

Когда во главе Белой Армии встал генерал Деникин, Дмитрий Трубецкой возглавил ведомство железных дорог и торговли. Была даже создана торговая компания с уставным капиталом в 50 миллионов рублей. Но Деникин потерпел поражение и нам, по словам Трубецкого, пришлось опять покинуть Россию. Так он попал в Белград, где издает югославский альманах, который спонсирует сербское правительство.

На вопрос журналиста «Пешти напло» - откуда на его визитке герб литовского короля? – Дмитрий рассказал о своей родословной. По его словам, он и его братья, включая знаменитого скульптора Павла Трубецкого, – внуки последнего литовского короля - Гедимина.

- Так что, когда я вернусь в Петербург, - заключает русско-литовский князь Трубецкой, - прошу в гости в мой дворец на Невском проспекте. Большевикам, судя по всему, осталось 4-5 месяцев, не больше. У меня проверенная информация от родственников из Парижа…

Театр генеральши Ивановой

Среди всей информации, которую венгерские издания публиковали в 1921-м и в начале 1922-го о жизни русской эмигрантской колонии в Будапеште, сообщение «Пешти напло» о том, что генеральша Иванова собирается создавать в венгерской столице русский театр, кажется чем-то нереальным и потусторонним на фоне повсеместной разрухи. (9)

Тем не менее, это так. На рубеже 1921-1922 гг. жена врангелевского генерала Иванова создает в Будапеште русский театр, точнее театр для русских. Судя по ее собственному рассказу, предложение о создании развлекательного заведения для русских эмигрантов она получила от одной из гостиниц на проспекте Ракоци. После долгих раздумий и сомнений генеральша Иванова все же согласилась.

- Сейчас в Пеште открылось немало развлекательных заведений для русских, но по-настоящему ни одно из них нельзя назвать русским, - говорит жена генерала Иванова. – В Москве и Петербурге я хорошо знала русскую жизнь, атмосферу театров и развлекательных заведений. Нам остается только возродить эту атмосферу здесь.

Говоря о ближайших планах, генеральша сообщает, что репертуар театра будет формировать ее сестра-беллетрист и драматург, работавшая под псевдонимом Валеско. Ее миниатюры даже ставили в Париже. Будут в программе одноактные спектакли, балеты, славянская музыка. Это уже есть в Берлине и Париже. Будет и здесь, в Будапеште. В городе уже немало русских актеров из числа эмигрантов, будет из кого собрать труппу. Будет и настоящий оркестр балалаек по системе Андреева, который сделал нечто похожее при английском дворе.

Одним словом, планов много. Причем, все должно заработать уже к весне 1922-го.

- У нас обязательно должно получиться, нам в этом помогают и венгры. Я не могу выразить им своей благодарности. У них сейчас и своих иммигрантов много, а у них хватает заботы и для русских беженцев. Кстати, мы и сами уже частично венгры. Мою сестру взял в жены бывший венгерский гусар. Вот видите, надо только работать, - вполне в духе чеховских «Трех сестер» закончила свой монолог генеральша Иванова, - надо работать…

Русское Рождество на улице Подманицки

Чувство общности и сопричастности в трудную минуту всегда объединяло русских. Объединяли и родные, православные праздники. Вот и здесь, на чужбине, русские эмигранты отмечают свои праздники вместе и сообща, несмотря на сословные и социальные барьеры. Все та же «Пешти напло», которая буквально отслеживает мало-мальски значимые события среди русских эмигрантов, в двух номерах детально сообщает о том, как эмигранты из России отмечают свое первое Рождество в чужой стране. Место действия: ресторан «Эрмитаж» на улице Подманицки в районе Западного вокзала и ресторан «Кремль» на бульваре Эржебет. (10)

Как отмечает венгерское издание, сейчас у русских в Будапеште два ресторана. У обоих заведений своя публика: помимо эмигрантов из России это и бывшие венгерские военнопленные, которые долгие годы провели в России и успели привыкнуть к тамошней кухне. Итак, время действия - 24 декабря 1921 г., русские в Будапеште отмечают свой праздник – Николу зимнего. Место действия – ресторан «Эрмитаж» на улице Подманицки.

В описании венгерского издания это выглядит так. Гостей встречает оркестр балалаек и пианист оркестра Федоров аккомпанирует прологу владельца «Биржевых ведомостей» Горелова. Звучит тост за русско-венгерскую дружбу на смеси русского и венгерского:

- Паприка, ё напот! Палинка, бор!

- Орос-мадьяр очень мил разговор!

После задорного пролога идут русские танцы и русские песни, которые исполняют две певицы с хорошо поставленными голосами. В перерывах звучат балалайки в исполнении молодых музыкантов в цветных рубашках. На лицах присутствующих постепенно появляется улыбка. Правда, генеральша Иванова, вздыхая, замечает:
- Дома, конечно, все было по-другому.

Многие вспоминают, как встречали Николу-Микулаша в царской России. Журналистка Надежда Челикова рассказывает, что одновременно с праздником отмечали и день ангела императора Николая II. Это был двойной праздник. Двор давал блестящий бал. Балы были повсюду и по своему размаху превосходили даже знаменитые балы в честь Дня Анны…

В такой же грустно-радостной атмосфере встречали русские эмигранты и православное Рождество 6 января 1922 года. По описанию венгерского издания, тон на празднике в ресторане «Кремль» задавала все та же «душа общества» - генеральша Иванова.

- Мы хотим такого праздника Рождества, как его встречают дома, в маленьких деревнях, где народ хранит свои традиции… Зажигаются свечи, оркестр играет церковную мелодию, все гости встают, поют грустную песню. Тут и там слышатся всхлипы и рыдания. У многих, наверняка, нахлынули воспоминания и прошлой жизни, о родном доме. Оркестр играет удивительной красоты мелодии. Потом ужин. Блюда в основном русские. Борщ, рис с грибами. Возле оркестра какой-то мужчина низким голосом заводит грустную славянскую мелодию. Хватало и веселья. Маленький мальчик пустился в пляс между столами под задорные крики гостей.

В другом конце зала молодежь по русской традиции гадает на свечках. Гадает о том, когда они вернутся домой… Так проходит первое эмигрантское русское Рождество в Будапеште 6 января 1922 года. Знал ли кто из них тогда, что многие уже никогда не вернутся в свою Россию?

Федор ЛУКЬЯНОВ

1. Pesti Naplo, 28.11.1920, 2 стр.
2. Там же
3. Pesti Naplo, 01.01. 1921, 4 стр.
4. Pesti Naplo,15.03. 1921, 2 стр.
5. Там же
6. Pesti Naplo, 17.03.1921, 1 стр.
7. Там же
8. Pesti Naplo, 06.15. 1921, 5 стр.
9. Pesti naplo, 04.26.1922, 7 стр.
10.Pesti Naplo, 12.25.1921, 3 стр.
11.Pesti naplo, 01.08.1922, 10 стр

 

Прочитано 999 раз
Другие материалы в этой категории: « Цирк Солнца Славный юбилей »

Оставить комментарий

Убедитесь, что Вы ввели всю требуемую информацию, в поля, помеченные звёздочкой (*). HTML код не допустим.

ПЕЧАТНЫЕ ИЗДАНИЯ

ГАЗЕТА ПУТЕВОДИТЕЛЬ
Путеводитель по Венгрии с картой
Архив Архив

РЕКЛАМА

РК НА FACEBOOK